class="wide-page">
Глава 29 - продолжение
 
 
                              - Странно всё это, - пробормотал Бернард, разглядывая пригоршню земли на куске полиэтилена в лупу, почёсывая небритый подбородок.
               - А в чём странность? – тут же отреагировал Генка.
               - Такое впечатление, что в этой земле когда-то росли растения, - сказал Бернард.
               - А что здесь странного? Всем известно, а тебе, как геологу, в первую очередь должно быть известно, что когда-то давным-давно в Антарктиде росли пальмы, - пожал плечами Генка.
               - Нет, тут совсем другое. Это не относится к далёкому прошлому, это ближе к нашему настоящему, - возразил геолог.
               - В чём дело? Поясни, - потребовал Генка.
               - Я не агроном. Анализ почвы, сделанный в лабораторных условиях, даст исчерпывающий ответ, но сейчас я уверен, что лет 10-15 назад в этой долине возделывались сельскохозяйственные культуры. Может даже года 2-3 назад, точно сказать не могу. Если бы в эту долину на несколько недель заглянуло солнце, то вся долина бы зазеленела. На такой высоте и в этих полярных широтах – это фантастика! – восхищённо воскликнул Бернард так, что на него оглянулись и картограф, и агент ФБР, находящихся от Генки и Бернарда на расстоянии нескольких десятков метров.
               - Действительно, очередная природная загадка, - только и смог вымолвить Генка.
               - Нет, это не природная загадка, здесь налицо работа разумных существ, - уточнил Бернард.
               - Каких существ? – очередной раз удивился тот.
               - А я знаю? – развёл руками Бернард.
               - Ладно, потом разберёмся, - решил закончить странный разговор Генка, - ребята! Идите к нам, будем обедать, - позвал он картографа и агента ФБР.
               После обеда, путешественники отправились дальше. Тропа стала заметно шире и прямее. Больше ничего не обычного не встречалось и пройдя по тропе ещё часа три, Генка решил остановиться на ночлег. Густая облачность продолжала висеть неподвижной пеленой на высоте около двухсот метров. Изредка моросил мелкий дождь. Ночь прошла спокойно, но утром за завтраком Арчи заявил, что у него ощущение, будто за ними кто-то наблюдает.
               - Это у тебя, видимо, профессиональное, - попробовал пошутить Марк.
               - Может профессиональное, - хотел было отшутиться Арчи, - но ощущение-то есть. Мне и сейчас это кажется…
               - У меня тоже какое-то смутное чувство тревоги, - поддержал Арчи Генка, - непривычно тихо. Ни журчание воды, ни пение птиц, ни слабенького ветерка. Мне показалось, что даже тучи над нами не изменили своей формы. Этакое – царство мёртвых. Только мы нарушаем эту тишину. А вот эта тишина и провоцирует нашу психику на восприятие чего-то необычного. Хотя уже с чем-то необычным мы повстречались. К примеру, та же самая тропа. Кто её сделал? Откуда и куда она ведёт? Ну, откуда, мы приблизительно ещё можем сказать – с ледового плато на юге Антарктического полуострова. А вот куда она приведёт, попробуем определить.
               - А если она с другой стороны долины поднимется на горный хребет и так же исчезнет подо льдом? – подал голос Бернард.
               - Исчезнет, так исчезнет, значить, нам не судьба узнать, кто её выложил и зачем, - с философской невозмутимостью заметил Генка.
               - А всё равно, у меня не пропадает чувство, что мы вторглись на чужую территорию и за нами ведут наблюдение. Кому-то очень не нравится, что мы здесь и он постарается нас отсюда выпроводить, - высказал своё мнение Арчи.
               - Посмотрим, что будет. Пока мы в долине меньше суток и кроме тропы ничего не обычного не заметили. Правда, Бернард предлагает отнести к необычному явлению ещё пробу грунта. Хотя что-то конкретно по этому поводу, можно будет сказать только после тщательного лабораторного анализа. Ну что, ребята? Пойдём дальше? На поиски, так сказать, новых приключений, - предложил Генка, подходя к своему рюкзаку, с намерением набросить его на плечи.
               В первой половине дня, группа прошла не менее 15 километров. Ничего не обычного не встретилось, кроме того, что они шли по хорошей, кем-то старательно выложенной, тропе. Тропа проходила точно посередине долины, находясь на равных расстояниях от отвесных скал западного и восточного хребта. Во время привала на обед, Генка достал бинокль и стал тщательно разглядывать долину, стараясь ничего не упустить из виду. Неожиданно его внимание привлекли какие-то предметы, похожие на каменные столбики, в северной части долины. С такого расстояния разглядеть и понять, что это такое, не представлялось возможным. Маршрут группы в любом случае, пролегал мимо непонятных предметов, и Генка решил не тревожить своих товарищей лишней подозрительностью во время обеда.
               До загадочных каменных столбов пришлось идти часа два. Возле них Генка остановился на привал, для исследования загадочных камней. Каменных столбов было семь штук. Они стояли на разных расстояниях друг от друга. В высоту они были около трёх метров, в обхвате – метра полтора. На какую глубину они были врыты в дно долины, определить не удалось. Бернард, геолог, сразу принялся определять, из какой горной породы сложены столбы. Арчи, агент ФБР, занялся фотосъёмкой, а Марк, картограф, начал определять географические координаты. Что же касается Генки, то он начал осматривать один из столбов, исследуя каждый сантиметр сверху донизу. Столбы были похожи на каменные надгробья, но без всяких узоров и надписей. Генка отошёл от столба шага на два, чтобы полностью охватить его своим взором. На какой-то миг в тучах над долиной образовался просвет, и солнце косыми лучами коснулось каменного изваяния. И тут он отчётливо увидел непонятные символы, покрывающие каменный столб сверху до самого низа. Солнце опять скрылось за тучами и символы исчезли.
               Генка стоял в растерянности, не зная, что предпринять. Наконец оцепенение прошло. Он вспомнил какое-то старое кино, в котором следователь, для того чтобы прочитать, что было написано на вырванном листке из блокнота, брал следующий листок и подносил его к настольной лампе под очень острым углом и читал продавленную надпись. Никому, не говоря ни слова, он полез в свой рюкзак и достал мощный фонарик. Подойдя опять к каменному столбу, он направил луч света фонаря на его поверхность под таким углом, чтобы проступили символы. Символы появились. Он подозвал к себе всех участников экспедиции и продемонстрировал фокус с появлением символов.
               Загадочные символы были обнаружены на всех семи столбах. На их исследование ушло много времени. Генка принял решение сделать ночёвку возле загадочных столбов и вечером, за ужином, детально обсудить создавшееся положение.
               - Ну, у кого какие будут предположения, - начал вечерний разговор Генка.
               - Я уже делал своё предположение, что здесь хозяйничали разумные существа. Кто они, люди или инопланетяне, понять невозможно. Но эта великолепная тропа, выложенная на десятки миль, эти столбы с какими-то символами, не могли появиться в результате капризов природы. Всё это результат деятельности разумных существ, - высказался Бернард, - как геолог, вполне допускаю мысль, что когда-то в Антарктиде росли деревья и был тропический климат. Возможно, существовала какая-то древняя цивилизация.
               - По поводу древней цивилизации интересная мысль, - подал голос Арчи, - по роду своей деятельности мне пришлось одно время заниматься историей нацистской Германии. Так вот, Гитлер искал в Антарктиде какую-то древнюю цивилизацию, которую называли антарктами. Посылал несколько экспедиций в Антарктиду. Каких результатов добились эти экспедиции, до сих пор остаётся тайной. А ещё, лет десять назад, знаменитый французский океанограф Жак Ив Кусто проводил научную экспедицию у берегов Антарктиды, и в частности, у берегов Антарктического полуострова. В общем, накопала его экспедиция что-то такое, что все материалы той экспедиции засекретили так, что они не доступны по сей день даже нам, хотя ФБР тоже занимается аномальными явлениями.
               - Для меня всё это удивительно, но у меня нет никаких предположений. Знаю только одно, что Антарктида загадочный континент. Вроде его открыли совсем недавно, в начале прошлого столетия, а вот географические карты с береговой линией Антарктиды появились за триста лет до открытия ледяного континента. Тоже огромная загадка, которая до сих пор не разгадана. Так что я даже не знаю, что сказать по этому поводу, - смутился Марк.
               - Ну да, трудно что-то предполагать в данной ситуации. Хотя нас послали в эту экспедицию наблюдать, фиксировать что-то необычное, а не анализировать. Поэтому наши предположения останутся только предположениями и ничего больше. Пока мы здесь, у нас есть возможность свободно обсуждать увиденное. Сомневаюсь, что, когда мы вернёмся на базу, а тем более домой, нам дадут свободно говорить о нашем путешествии. Только в присутствии соответствующих лиц, и только отвечать на поставленные вопросы. Ну, что я объясняю вам. Среди нас есть агент ФБР, который знает эту кухню лучше меня. Не так ли Арчи? – Генка обратился к Арчи Метлоку.
               - Совершенно верно, Генри, другого варианта не будет. Если у кого-то, есть какие-либо предположения, лучше высказаться сейчас, тут. Потом будут большие проблемы с высказываниями. Сами же слышали о секретности данной операции и в Вашингтоне от генерала, и от Хагбера, - подтвердил его слова Арчи.
               - Лично я ничего не могу предположить, - прихлёбывая горячий чай из кружки, сказал Бернард, - как геолог могу только отметить, странное образование долины, как будто это дно высохшего или вымерзшего горного озера. В остальном – не моя компетенция судить о происходящих событиях. Скорее это профиль Арчи.
               - Понятно. У нас ещё будет время обсудить сложившуюся ситуацию. Ведь, так или иначе, нас в любом случае будут расспрашивать пославшие и заинтересованные в нашей экспедиции спецслужбы. Нам придётся подробно описывать то, что мы здесь обнаружили, увидели, зафиксировали. Ладно, закончим на этом наше маленькое совещание и поспим. Завтра с утра пойдём дальше. Нам ещё предстоит преодолеть много миль по этой долине. Мы и половину не прошли. Хотя хочу отметить, что благодаря таинственной тропе передвижение по долине проходит быстро и мы опережаем наш график передвижения. Кстати, надо связаться с нашей базой и сообщить мистеру Хагберу, что у нас идёт всё по плану, - подвёл итог небольшого совещания Генка и стал распаковывать рацию.
               Связавшись с базой, он информировал руководителя экспедиции мистера Хагбера, что прохождение маршрута идёт по графику и даже немного опережают его. Говорить о странностях, встреченных в долине, он не стал. Было заранее оговорено, что о загадочных и непонятных явлениях по рации сообщать не следует. Ночь, если её так можно было назвать, была тихая, без ветра и, по Антарктическим меркам, достаточно тёплая. Утром, пока готовился завтрак, Генка в бинокль решил осмотреть окрестности. Осмотр начал с тропы и к своему удивлению обнаружил, что через несколько сот метров к прямой тропе, идущей посередине долины, примыкает под прямым углом ещё одна выложенная такими же камнями, тропа. Проследив, куда ведёт новая тропа, он определил, что она должна упереться в отвесные скалы восточного хребта. Внимательно приглядевшись к скалам, куда предположительно должна была упереться тропа, он приметил что-то очень похожее на пещеру у самого основания отвесных скал. Сообщив о своём наблюдении товарищам по экспедиции, Генка предложил исследовать обнаруженную пещеру. Возражений не последовало и после завтрака группа путешественников отправилась в сторону восточного горного хребта.
               По мере приближения к скалам восточного хребта, становилось очевидным, что новая выложенная тропа упирается как раз в пещеру. Рюкзаки сняли у входа в пещеру. При первом же беглом её осмотре, для всех участников экспедиции стало ясно – пещера искусственного происхождения. Скорее, это была даже не пещера, а штольня, поскольку на внутренней поверхности стен имелись явные следы механического воздействия. Бернард сразу же предположил, что эта штольня должна являться входом или выходом подземных горных выработок. Высота штольни была около трёх метров, а в глубину скальных пород уходила метров на десять. Выложенная камнями тропа проходила по дну пещеры и упиралась в гладкий, скальный монолит. Глаза ещё не привыкли к полумраку и разобрать, что собой представляла задняя стена штольни, было трудно.
               - Похоже, нам придётся здесь немного задержаться, - сказал Генка, - мне подсказывает интуиция – что-то здесь нас удивит.
               - Да, странное сооружение, и что самое поразительное, эта штольня сделана на высоком профессиональном уровне. Без применения мощных механизмов здесь не обошлось, - сделал своё заключение Бернард.
               - Если были мощные механизмы, то, как они сюда были доставлены и куда делись? Следов пребывания этих механизмов я не вижу. Где эти следы? Ну, разве что только на стенах штольни видны следы выработки и всё! Больше ничего нет, ни снаружи, ни внутри. Почему исчезли следы? - посыпались вопросы от Арчи.
               - Тогда давайте распаковывать рюкзаки, доставать фонари и прочие наши исследовательские атрибуты, и займёмся детальным осмотром этой загадочной штольни, - предложил Генка.
               - С вашего позволения, я займусь точной привязкой штольни на местности. То есть, займусь определением её географических координат и сделаю соответствующие зарисовки, - сказал Марк, доставая из своего рюкзака необходимые инструменты.
               - Конечно-конечно, это надо обязательно сделать, - поддержал инициативу Марка Генка, - а мы займёмся обследованием внутренности штольни.
               Пока Марк решал проблему с определением географических координат и делал зарисовки, Гена с геологом и агентом ФБР занялся основательным осмотром внутренних стен штольни. Бернард, после тщательного осмотра её стенок, сделал однозначный вывод, что горная выработка сделана в базальте, самой распространённой горной породе на Земле, и не только на Земле. При обследовании самой дальней стенки штольни, все трое пришли в замешательство. Стенка была не то чтобы абсолютно гладкая, но достаточно ровная, без всяких следов механического воздействия. В то же время она отличалась от остальных поверхностей штольни ещё тем, что не являлась базальтом. Бернард определил, что это, скорее всего, гнейс. Всё говорило о том, что дальняя стена штольни имеет искусственное происхождение и играет роль заглушки в какую-то систему подземелья. Снаружи сильно потемнело. Генка обернулся к выходу из штольни и увидел, как Марк затаскивает рюкзаки внутрь штольни.
               - Что случилось, Марк? – спросил он.
               - Да, снаружи такой снег повалил, что наши рюкзаки за несколько минут так занесёт, что мы их потом не откопаем, - пояснил Марк, продолжая затаскивать рюкзаки.
               Генка оставил Бернарда и Арчи дальше обследовать внутреннюю стенку, а сам поспешил к выходу помочь Марку. Затащив последний рюкзак в штольню, он встал у входа и стал смотреть на то, как крупные снежинки тихо падали на землю. Через несколько минут поднялся сильный ветер и всё закрутилось с такой бешеной скоростью, что снегопад можно было сравнить со снежной лавиной. Моментально видимость стала нулевой. Ветер закидывал снежные снаряды и внутрь штольни. Пришлось рюкзаки перетащить дальше, вглубь штольни. У самого входа начал образовываться огромный сугроб.
               - Если и дальше так пойдёт, то нас просто законопатит непогода в этой штольне, - забеспокоился Генка.
               - Наша штольня находится футов на 80-100 выше уровня дна долины. Будем надеяться, что снег не заметёт вход. У нас есть две сапёрных лопатки, будем отгребать снег от входа, - с надеждой на лучшее, сказал Марк.
               - Придётся снежную бурю переждать здесь, другого выхода нет. Вот только, кто его знает, сколько она будет продолжаться. Час-два, а может несколько дней. В любом случае, в такую погоду мы не сможем продолжать движение, - констатировал Генка, - будем устраиваться на ночлег здесь, а там видно будет. Заодно продолжим исследование штольни, хотя мне уже и так понятно. Это вход, или выход, в какую-то систему подземелья, что-то вроде шахты.
               Дальнейшее обследование внутренностей штольни ни к каким дополнительным результатам не привело. В ожидании улучшения погоды, путешественники постарались устроиться как можно комфортней возле дальней стенки. Буря продолжала свирепствовать снаружи, закупорив вход почти на две трети. Изредка кто-нибудь брал сапёрную лопатку и отгребал снег в верхней части входа, чтобы оставался доступ воздуха и возможность в дальнейшем выбраться из этой снежной ловушки.
               Часа через три, ветер снаружи стих. Казалось, буря утихла. Вдруг сверкнула молния, ударив где-то совсем близко, поскольку между вспышкой и страшным грохотом, практически, не было паузы. Сугроб у входа резко осел, освободив почти половину входа. Генка решил посмотреть, что творится снаружи. Только он подошёл к выходу, как с неба полил настоящий ливень и вновь подул сильный южный ветер. Выпавший снег немного осел под каплями дождя, но под действием холодного южного ветра, моментально превратил снег в лёд. Ливень прекратился внезапно, так же, как и начался. И вновь лавина снега обрушилась на долину.
               - Никогда не попадал в такие передряги. С Антарктидой шутить не стоит, - пробормотал Генка себе под нос, - нам здорово повезло, что обнаружили эту штольню, - он ещё раз посмотрел, что делается снаружи и пошёл вглубь штольни.
               Там шум непогоды почти не был слышен. Пользуясь тем, что делать больше нечего, все пришли к мнению, что можно залезть в спальники и поспать. Правда, Генка поставил условие, что нужно установить дежурство, во избежание того, что выход из штольни может быть завален снегом. Первым дежурить вызвался Марк. В глубине штольни было относительно тепло, темно и ничто не мешало заснуть под несильное завывание ветра. Часа через полтора Генку растолкал Марк.
               - В чём дело, Марк? - спросонья спросил Генка.
               - Мистер Кулен, я слышал какие-то звуки, доносящиеся из-за внутренней стены пещеры, - шёпотом начал пояснять Марк, чтобы не разбудить товарищей, - такое впечатление, что где-то там за этой стеной, - Марк легонько постучал кулаком по гладкой стене, - промчался поезд.
               - Какой поезд? – ещё не придя в себя, спросил Генка.
               - Ну, простой, скорый, какая разница? Первый раз я услышал этот шум в четырнадцать часов сорок три минуты. Я в этот момент отгребал снег от входа и не очень хорошо расслышал, но машинально глянул на часы. Потом всё стихло, и я подумал, что мне шум показался. А вот только что, в пятнадцать часов сорок три минуты, отчётливо услышал характерный шум проходящего поезда. Будто там, за стеной, находится железнодорожная линия. Шум проезжающего поезда повторился ровно через час, - шёпотом доложил обстановку Марк.
               - Ты не ошибся? А то может всякое почудиться в этой глуши, - с сомнением ещё раз переспросил его Генка.
               - В первый раз, я может что-то и не расслышал, а вот во второй раз всё слышал довольно отчётливо. Даже могу предположить, что локомотив, или какой-либо другой тягловый механизм, тащил за собой, как минимум, вагонов шесть. Я, почему так уверен, да потому что детство моё прошло недалеко от железной дороги, и мы с ребятами часто играли в такую игру. Услышав издалека, что приближается поезд, один из нас отворачивался и должен был определить на слух, сколько вагонов в составе. Другие смотрели на поезд, проходящий мимо нас, и считали вагоны. Я, практически, никогда не ошибался, - объяснил свою правоту Марк.
               - Ты меня убедил, - сказал Генка, - подождём, понаблюдаем, может ещё раз проедет поезд призрак. Странно всё это, конечно, но нас затем сюда и послали, в надежде, что мы найдём что-то необычное. Вначале это была тропа, потом каменные столбы с какими-то непонятными знаками, теперь вот эта штольня с загадочными звуками. Можно уже сказать, что наша экспедиция удалась. Не зря нас сюда послали.
               У Генки сон пропал - он вёл тихий, неспешный разговор с Марком, выжидая время и прислушиваясь к звукам за стеной. В шестнадцать сорок две, по его часам, где-то в глубине за стеной послышался неясный шум. Генка схватил пустую кружку, приложил её к гладкой стене, а сам припал ухом к дну кружки. Шум постепенно нарастал, достиг своего апогея в шестнадцать часов сорок три минуты и начал удаляться. Марк тоже через кружку прослушивал стену штольни.
               - Точно, шесть вагонов! Ни больше, ни меньше, - вынес вердикт Марк.
               - Интересно это всё, но самое обидное то, что мы не можем ничего увидеть. Что это за таинственная железная дорога в Антарктиде? Кто, куда и зачем по этой дороге ведёт поезда? Загадок всё больше, а ответов нет, - с тоской проговорил Генка.
               - Снаружи непогода не утихает, по всей видимости, мы здесь застряли на какое-то время. Будем прислушиваться и фиксировать проходящие поезда, а что ещё делать? Может, определим, с какой частотой появляется этот загадочный шум, - предложил Марк дальнейшие действия.
               - Похоже, что так. Я бы не хотел сейчас оказаться снаружи. Делать нечего, будем сидеть и ждать, пока погода не утихомирится, - согласился с ним Генка.
               Непогода заперла путешественников в штольне почти на трое суток. За это время, исследователи установили, что звуки, напоминающие прохождение железнодорожного состава, появляются регулярно, один раз в час в дневное время и один раз в три часа с двадцати одного часа до шести утра. На третьи сутки южный ветер стих, на небе не было ни одной тучки. Солнце играло в снежных вершинах западного хребта, где особо выделялась гора Джексон. Когда была низкая облачность, то гору не было видно, а сейчас она сияла во всей своей красоте. Загадочная штольня находилась как раз напротив горы Джексон. Генка решил не тратить больше времени, и продолжить дальнейший маршрут.
               Расчистив от снега выход, путники выбрались наружу. Вся долина, на первый взгляд, была покрыта снегом. Снега навалило не то чтобы много - это, скорее всего, напоминало сошедшую снежную лавину, которая полностью закупорила дно долины, как будто приподняв её на 25-30 футов. Генка попробовал ковырнуть снег, но он был такой плотный, что больше походил на лёд, нежели на слежавшийся снег. Идти по такому снегу было легко, как по-хорошему, без трещин леднику. Дойдя до середины долины, Генка в бинокль попробовал разглядеть каменные столбы, но безрезультатно. «Да, если бы нам случайно не попалась на глаза штольня, где мы укрылись от непогоды, нас бы здесь засыпало снегом и вморозило в дно долины», - подумал он. Всё было погребено под слоем льда и снега. Группа из четырёх человек направилась строго на север.
               Последующие дни, ничего нового не принесли. Ясная погода продержалась четыре дня. Создалось впечатление, что вся облачность над долиной в течение трёх суток, когда бушевала буря, спустилась с неба на дно долины в виде осадков, преимущественно в виде снега, который спрессовался до такой степени, что местами превратился в лёд.
               На пятый день группа подошла к горному хребту, ограничивающему долину с северной стороны. Подъём на перевал оказался несложным, почти таким же, как подъём на перевал с южной стороны. Вымощенная тропа появилась из-под снега за несколько сот метров до перевала, а на перевале опять спряталась под толщу антарктического льда. Местами на перевале виднелись следы от сошедших снежных лавин. С северной стороны перевал оказался довольно крутым, но вполне преодолимым. После того, как спустились с перевала, Генка очередной раз связался с базой и сообщил, что группа благополучно выбралась из долины и в ближайшие день-два, прибудет на базу.
               30-го января, спускаясь с ледяного горного плато, Генка в бинокль увидел базовый лагерь. Группа возвращалась из трудного, горного похода на одни сутки раньше, чем было запланировано. Мистер Хагбер не стал настаивать на немедленном отчёте о прохождении маршрута, понимая, как устали участники похода. Но в то же время дал команду остальным участникам экспедиции, сворачивать базу и готовиться к отъезду на антарктическую станцию Сан-Мартин.
 
Аргентинская антарктическая станция Сан-Мартин
 
               Уже находясь на станции Сан-Мартин, когда производилась погрузка снаряжения и оборудования полярной экспедиции на транспортное судно, участники пешего похода сделали письменные отчёты о проведённом путешествии. Все собранные в походе материалы упаковали в отдельный контейнер и опечатали. Там находились образцы горных пород, собранные Бернардом, фотографии Арчи, зарисовки Марка. Мистер Хагбер ещё раз напомнил участникам маршрута, что всё, что было увидено, услышано в походе представляет государственную тайну, и разговоры на эту тему вестись не должны. По прибытию в Вашингтон с ними ещё раз проведут беседу и возьмут подписку о неразглашении того, что они видели, слышали, наблюдали в горной долине Антарктического полуострова.
               Так всё и получилось. Генка вернулся домой только 12-го февраля. Конечно же, Джейк был в курсе всех его командировочных перемещений и сообщил Элизабет день и час, когда тот появится в Нью-Йорке. Элизабет встречала Генку в аэропорту имени Кеннеди.
 

Глава 30